С Олегом мы встретились перед репетицией его нового стихошоу "Убитые бытом" и поговорили о выходе одноимённого диска, будущей премьере и о том, как рождался уникальный стиль и слог поэта.

Олег, здравствуй. 8-го марта ты презентуешь новый диск "Убитые Бытом". Расскажи об этом.

«Убитые бытом» - это диск над которым я работал практически 10 лет: писал, пытался, какие-то обстоятельства мешали, откладывал, занимался другими видами творчества. Все время возвращался, хотел нащупать свое звучание. Потом появился Леван Авазашвили, который в итоге стал автором музыки и мне вновь стало интересно работать с материалом, отложенным на тот момент уже лет на семь. С Леваном мы прекрасно друг друга почувствовали. Он шикарно проиллюстрировал мои произведения; герои ожили... "Убитые бытом" - Это такая первая ступенька лестницы, ведущей на мой чердак.

Ты говоришь, что долгое время искал свое звучание. Значит твой узнаваемый стиль, особый слог – это точно выверенная история, как бизнес проект?

Я искал, грубо говоря, свое лицо в поэзии. На тот момент я уже много чего прочитал, многое мне нравилось, много, чему подражал. А потом я понял, что, как таковая, поэзия не во всем созвучна нашему времени. Наше время звучит иначе, хаотично. Не все так упорядочено, а что упорядочено, то оно уже компрессировано и этого всего так много. Я начал уплотнять рифму, уплотнять смысл. Потом понял, что паузы тоже работают, тоже играют. Когда ты даешь образ, он должен попасть человеку в голову и успеть раскрыться, заиграть во всей красе. Кидая следующую строчку не всегда хватает времени проникнуться тем, что ты уже сказал. Иной раз понимаешь, что это не читабельный текст. Его надо услышать, понять его произношение. И в итоге я фактически ушел из ритмического языка, чтобы получился разговор. Я научился заново читать свои стихи. Сейчас мне легче, потому что я могу рифмовать и обычный диалог. Это я считаю высшая поэтическая форма, когда ты уже можешь просто разговаривать стихами.

Начиналось все с вдохновения, затем ты обрастал мастерством. Как сейчас они распределяются в твоем творчестве?

Они взаимно дополняются. Мне всегда важно "что", а не "как". Где-то я могу дать себе поблажку в рифме, где-то нет. Бывает придумал образ (как в "спаситель в кедах") и ты уже понимаешь, что хочешь сказать, есть сюжет. А потом ходишь месяц и думаешь, как его обыграть, чтобы это было еще и лаконично.

И это уже мастерство...

Ну да... Я же тоже читатель, мне хочется делать интересно для себя, а уже потом я думаю, как это будет воспринимать зритель, читатель и слушатель. В первую очередь мне нужно поговорить с самим собой.

Олег, 8-го марта будет премьера стихошоу "Убитые бытом", совместно с театром клоунады "Высокие Братья". Почему клоунада и как тыпришел к подобному воплощению твоего творчества?

Брать драматических актеров ответственно. Им будет тесно в этой задаче, где не надо говорить, а надо просто быть. Актеры уличного театра, они ведь фактически клоуны, только без грима. Я смотрел шоу Джанго Эдвардса и мне очень нравилось, как он обыгрывает жизнь. Они же не говорят, они иллюстрируют, играют мимикой, просто смотрят друг на друга полторы минуты и это создает определенную химию. Они привыкли к тишине, им комфортно и мне комфортно. Мне нужны тени и силуэты, они мои воспоминания,иллюстрации, им уже нечего сказать, говорю я.

Почему именно «Высокие Братья»?

С ребятами мы были знакомы, они снимаются в нашем фильме "Клубаре", который тоже в стихах. Я пришел вообще с предложением сделать спектакль "Рвы". Говорю "вот вы клоуны, трюковые, давайте вас всех в пижамы оденем и полежите вы в психушке, это же ваша тема, просто будете не клоунами, а дурачками". В ходе разговора я сказал, что работаю над альбомом, в котором есть персонажи, которых можно попробовать оживить. Попробовали, оживили и всем понравилось. Раньше я играл эту программу один. 8-го марта мы делаем полную программу, а 24-го, 25-го февраля я буду один, потому что ребята на гастролях. Но с ребятами гораздо интереснее, хочется, чтобы эти персонажи оживали.

Если говорить о зрителе, который не знает, кто такой Олег Груз и сейчас читает это интервью и думает "идти-не идти", то чтобы ты ему сказал?

Зайди в Ютуб, погугли и решай, идти тебе или нет. Поэзия, это то, к чему человек должен прийти сам. Скажу так,я бы сходил, потому что "Убитые бытом" - это 22 истории, которые постоянно меняются. Где-то просто всплывают разные персонажи и разные действия, а где-то одна история вытекает из другой. Там не заскучаешь. Погрустишь местами, но потом поулыбаешься, повеселишься, но не заскучаешь точно.

То есть здесь каждый может найти свою историю?

Или историю про своего соседа, двоюродного брата, свата. Это "Убитые бытом", мы все убитые бытом так или иначе. Меня, например, в Москве, когда я хожу с детьми в коляске волнует вопрос пандусов и переходов, это же быт. Неуважение соседей ко мне и моему подъезду, это быт? Быт. Это то, с чем я сталкиваюсь каждый день, с чем сталкиваемся мы все. Изначально это была идея про трехэтажный дом, где 9 квартир. Все соседи абсолютно разные люди, разные судьбы и темпо ритмы, но они связаны этим подъездом. Это и есть драматургия, которая всех связывает.

Если ты называешь свое поэзию - стихобиография, значит все твои персонажи реальные люди?

По-разному.. Есть персонажи выдуманные, есть на движке моих знакомых. Совместил двух знакомых, получился персонаж. Поместил его в предлагаемые обстоятельства и получился контекст.

Самая важная тема твоей стихобиографии на данный момент?

Я одного точно не выделю. Я много, чем занимаюсь, многое тяжело и трудно, но мне это интересно. Победим трудом.

Ты 10 лет назад и ты сегодняшний, чувствуешь ли ты какую-то разницу?

Чувствую принципиальную разницу. Сейчас у меня больше навыков,есть потрясающий опыт. Я много, что прошел и много, что знаю, но глаза при это так же горят. Появился скептицизм, прагматизм и цинизм, но все они вполне здоровы.За это время написано много стихов, которые меня очень изменили. Того меня уже нет, но что есть, то есть.

В интервью 2012 года на вопрос "Какое самое значимое произведение?" ты ответил "Надя". Сейчас ответ изменился?

Оно не то, что значимо, оно судьбоносное, путь то не изменился. Просто сейчас что-то добавляется. Есть стихи, которые являются для меня определяющими. Сейчас я просто сжился с этим. Например, сценарий фильма "Клубаре", где 54 персонажа говорят стихами. Я пока не знаю, как я к этому отношусь, но это может много чем стать. Это уже практически снятый фильм, осталось провести несколько съемочных дней и осенью уже будет прокат на большой экран и на телевидение, я надеюсь. Это большая работа, которую мне не с чем сравнить. Я перестал множить, писать ради формы. А если пишу, то держу в черновиках.

Блиц

Кем бы ты был, если не собой?
Меня бы не было.

Чем пахнет счастье?
Мной!

Назови черту, которая тебе помогает жить и ту, которая мешает?
Целеустремлённость помогает, а упёртость - мешает.

Можешь охарактеризовать себя несколькими словами?
Здесь были мысли, и были Грузом!

Что ты не готов простить?
Предательство

Состояние духа на данный момент?
Превосходное. Одухотворенное.

Чтобы ты сказал, если бы очутился перед богом?
Все что я сейчас сказал, я сказал перед Богом. Живи так, как будто тебя видят

Теги: интервью, олег груз, убитые бытом

Nikita Kuchukbaev 
06 марта