Музыка давно подружилась с театром, а музыканты – с современными технологиями. И хотя спецэффектами сегодня никого не удивишь, «Классика в темноте» это сделала: оркестр, играющий в темноте, без дирижера и нот, собирает аншлаги и планирует отправиться в свои первые гастроли. О петербургских виртуозах и уникальности проекта – в интервью с его автором и руководителем.

Расскажите о своем проекте: как он возник, кто им занимается, в чем суть «Музыки в темноте»?

Проект значительно молодой, возник в ноябре 2016 года. Мне предложили сделать концерт классической музыки, и тогда наша команда еще даже не представляла, что это будет. Музыканты, когда пришли на репетицию, поняли, что надо будет играть без нот, в полнейшей темноте. Не видно рук, глаз - это как балет в темноте, но все усложняется тем, что мы при этом играем на инструментах и должны попадать точно в ноты. Мы начали пробовать, и у нас всё получилось. Сейчас делаем уже седьмой наш концерт. Каждый раз выпускаем разную программу с лучшими солистами и музыкантами города. Получилось целое шоу, полноценное смешение новых технологий - это 3D motion, видео инсталляции, некоторые ещё их называют «ожившими полотнами». Мы стараемся, чтобы всё-таки главной сутью оставалась музыка. Чтобы человек прислушался не только к музыке, но и к себе. Все сейчас сидят в инстаграм, вконтакте, человек разучился воспринимать аудио, нам хочется быстренько посмотреть фотографии и листать ленту дальше. До смысла и глубины не докапываемся, и это - наша беда. Именно поэтому «Классика в темноте» - такой уникальный проект, в котором можно понять себя: ты никого не видишь, слышишь только классическую музыку. Это очень сложная музыка, не каждый сможет прийти в филармонию и находиться там долгое время.
Второй нашей миссией является то, что мы играем хиты классической музыки. Мы еще вставляем в программу такие серьезные вещи, которые тяжело слушать, если человек никогда не был связан с классической.

Расскажите о «Виртуозах Петербурга». Как эти люди играют в темноте?

Мы создали уникальный ансамбль - это лауреаты международных конкурсов, которые работали и в Мариинском, и в Михайловском театре. Нам до сих пор не верят наши коллеги, спрашивают, правда ли это, мы говорим - правда. Мы играем без дирижёров, в полной темноте. Это самый сложный проект, который удалось мне реализовать. Из-за того, что нам приходится играть в полной темноте, работаем намного больше, чем обычные артисты. При этом мы стараемся гордо нести свое название. Нам пришлось забывать всё, о чем нас учили, и играть в полной темноте, где мы не видим ни пальцев, ни рук, ни своего партнера, на которого ты должен смотреть. Есть просто дыхание и ты. Я успела поработать с различными музыкантами, и людей в ансамбль подбирала очень широких направлений, начиная от джаза, заканчивая этникой.

Ваше личное музыкальное открытие последнего периода.

Я слушала разные записи «Времена года», и мне очень нравится скрипач Найджел Кеннеди. Чувствую с ним какое-то родство, он смешивает, казалось бы, совсем несовместимые вещи, и это как раз то, чем мы занимаемся. Это звучит настолько остро и актуально, что я всё время переслушиваю и поражаюсь.

Чего не знают о музыкантах не-музыканты? Есть ли у вас «свои» шифры, языки, жесты, понятные только музыкантам?

На репетициях разговариваем на своем языке, смоделированном за секунды, который понимают исключительно музыканты. В нашем проекте музыканты научились распознавать около тысячи вздохов, потому что ориентируемся исключительно по дыханию друг друга. Настолько уже настроились, что по вздоху или выдоху понимаем какое у человека настроение.

В чем, по вашему мнению, основная проблема современной музыкальной индустрии? Чего слишком много и чего недостаточно?

Считаю, что проблем особо нет, ведь каждый всегда будет выбирать что-то своё. Музыки сейчас много хорошей, но не хватает, конечно, глубины и качества - это самое важное, что есть. Моя цель - сделать так, чтобы люди приходили на концерт в одном состоянии, а выходили совсем другими людьми.

Что уникального получает человек, приходя на «Классику в темноте»?

Такого проекта нигде нет. Мы единственные, кто сделал микс культур. Приходя к нам, люди сразу получают и свето-шоу, и лазерное шоу, и 3d motions, и живые полотна, и конечно же 3d звуки. Зрителя окружает полная панорама. Наша команда старается копать вглубь, к примеру, если у Вивальди в партитуре написано ветер, то мы стараемся подобрать не любой ветер, а именно венецианский. Выискиваем на сайтах эти звуки и создаем полную иллюзию, а может даже и не иллюзию, ведь мы реально погружаем в другое состояние, в другой мир. Уникально слушать музыку в темноте, ведь такого явления не было уже много веков.

Самый интересный факт из жизни проекта

Самый интересный факт - проект очень молодой, но все его концерты проходят с аншлагом. Люди стоят у входа и просят лишний билетик, при этом никаких супер звезд не привлекаем, мы просто играем хорошо музыку. Самым интересным и трогательным моментом я считаю искренние эмоции. Когда на сцене во время концерта начинаешь плакать, ты понимаешь что-то такое, чего с тобой еще никогда не было, это как прыжок с парашюта. В зале люди ведь тоже плачут. Одна женщина подошла ко мне и сказала, что за всю жизнь она не переживала более хрупких и в тоже время ярких эмоций. Словами сложно передать, это звучит немного высокопарно, но на самом деле это так и есть. Все вещи очень простые и важные звучат очень напыщенно, то же самое и с нашим концертом, сложно объяснить словами, но очень легко прочувствовать.

Планы проекта на ближайшее будущее?

6-ого мая мы планируем сделать гала концерт, собрать всё лучшее, что звучало: будет семь разных концертов с множеством программ, выступят также оперные солисты из Мариинского и Михайловского театра. Это будет огромное по масштабу представление. Конечно, нам хочется, чтобы выступления были не только в Санкт-Петербурге, но и в других городах, чтобы все люди смогли прочувствовать эту музыку. Будем двигаться к этому!

С Евгенией Зимой беседовала Элина Бабенко

Теги: классика в темноте, евгения зима

Deli  
13 апреля