Молодая санкт-петербургская команда "The Hatters” на своих концертах рвет меха аккордеона и струны балалайки, ломает стулья, читает стихи и водит хороводы. Все это в прямом смысле. Их музыку уже на протяжении года причисляют то к кабаре, то к цыганам, то к новому русскому року. А «Шляпники» ехидно отвечают: «Мы обычный русский алко-табор». Припев главной их песни звучит как “Feel the Russian style”, под него на концерте в Челябинске начались дикие пляски, резво превратившиеся в задорный уральский слэм. В общем, парни и две девушки творят х... хорошие дела, потому что здесь они проездом. Geometria.ru удалось их остановить на полчаса ради интервью. Солист и «папочка» коллектива Юрий Музыченко порассуждал об успехе, людях и музыке.

Каково это: за год дорасти до «Олимпийского»?

Юрий: Прикольно (смеется). Нельзя сказать, что популярность пришла к нам в один миг. Мы занимаемся творчеством, музыкой в частности, с детства. Я ходил в музыкальную школу, занимался в театральном кружке, потом поступил в институт, стал служить в театре... Знакомства, пробы, интернет, еще и еще, и еще... И все это вместе вылилось в то, что мы имеем сейчас.

Это поверхностное мнение, что все произошло быстро, за один год. И это я не про тебя сейчас говорю, а про людей в общем. Мы шли к этому всю жизнь. Даже нет. Мы всю жизнь шли к чему-то, не факт, что к «Олимпийскому» или к Челябинску. Может, это толчок к чему-то следующему. А может, мне вообще все надоест, и уйду.

Многотысячный зал круче маленьких клубов по ощущениям?

Юрий: Мы выступили-то всего разок в «Олимпийском». Я ничего не понял (смеется). Опыта большого у нас нет. Пока что мне ближе небольшие клубы, где можно непосредственно пообщаться с залом.

(Юру перебивает Павел Личадеев, аккордеонист: «Ну, в «Олимпийском» тоже было неплохо, чего ты? Весело же!»)

Юрий: Да-да, круто было. Но в камерных залах мне уютней. Хотя робости перед «звездами», которые были с нами на «Чартовой дюжине», у меня нет. Опыт на сцене очень большой. Надо просто относиться к этому как к работе вместе с известными людьми.

А это вообще работа?

Юрий: Да, и лучшая в мире! Наша музыка, как я уже где-то говорил, - это прямое попадание в сердце без прелюдий. Нам не нужен разогрев. Нашей музыкой и подачей себя на сцене мы говорим то, что думаем. Очень просто достучаться до человека, когда ты говоришь ему правду. Если ты видишь, что он козел, подходишь и говоришь: «Ты козел!». И ему все сразу становится понятно.

А мы всем говорим: «Вы хорошие!». И говорим это прямо в лицо (смеется).

И это тоже честно?

Юрий: Да, вот ты такая хорошая! Видишь? Прямо в сердце тебе попал.

В чем феномен успеха «Шляпников»? В таком драйвовом цыганском стиле отчасти играли и Gogol Bordello, и Горан Брегович, и еще некоторые музыканты.

Юрий: Мы играем честную музыку с честными словами. Пафосно звучит, да? (улыбается). Мы не замахивались на шедевры.

А на что тогда?

Юрий: Да ни на что вообще. Делаем то, что нам нравится, и хотим делать это качественно. Опять пафосно? Тогда так: хотим это делать качествен... НО!

У девчонок в вашем коллективе есть образование, у Анны Серговны даже два. Не обидно играть на треугольнике или трещотке?

Юрий: Мне кажется, им прикольно. У Анны Серговны первое образование юридическое, что помогает финансовым, коммерческим делам группы, а второе — театральное. Это тоже для группы полезно — перфомансы, флешмобы, стихи... У Анечки (вторая бэк-вокалистка — прим.ред.) театральное образование, поэтому она знала, на что шла (смеется).

Как вообще могут ужиться в коллективе театрал, механик, аккордеонист, журналист и физик?

Юрий: Спасибо тебе, Алкоголь! (смеется). Да ну как? Мы все смотрим одни и те же фильмы, читаем одни и те же книжки... Нам есть о чем поговорить. Я что-то не знаю такой компании, где встретятся физик с механиком и не найдут темы для беседы. Да даже если физик и театрал встречаются - вот на нас посмотри - кучу всего нового можем друг другу рассказать. Вот Кикир (Александр Анисимов, бас-гитарист — прим.ред.) с нами делится своими теориями про черные дыры, пространственные континуумы. А мы ему рассказываем всякие театральные байки и истории. Это такое общение-обмен.

Как относитесь к тому, что вас называют табором?

Юрий: Ой, это очень весело!

А алко-табором?

Юрий: (берет стакан с «чем-то») Слухи, все врут! Мы не такие-е-е (смеются).

С самого начала гастрольного тура ты стал вести влог. Для чего?

Юрий: Для привлечения аудитории, что логично. А еще у нас за кулисами всегда весело. Это сейчас мы с автобуса уставшие. А так мы вообще шутники! И жалко, если наши приколы знаем только мы, пусть и другие посмеются.

Группы, которые сейчас более-менее уверенно держатся на сцене, стараются приобщиться к какому-нибудь музыкальному лейблу и быть «под крылом». У вас есть что-то подобное в планах?

Юрий: Нет, с нашими друзьями мы создаем семью Little Big Family. Помнишь, были Korn Family, куда входили Korn, Limp Bizkit, System of a Down и другие? Вот мы делам что-то подобное. Музыканты играют в абсолютно разных стилях, но направленность и идея у нас одна — музыка должна быть честной. Вот.

Мне сложно сказать, насколько вообще лейблы нужны. Это же просто коммерческая музыкальная пирамида. И это не круто! Офисная схема: начальник — подчиненный, которым можно пользоваться как фигуркой на шахматной доске. У нас другая система — мы друг друга взаимозаменяем и подпитываем. В лейбле как: есть главный музыкант, есть другие музыканты. Играют все в одном стиле, что еще раз доказывает — стиль, в котором играет их хэдлайнер - крутой. А у нас все разные.

Все: Шляпники, Little Big, кто еще?

Юрий: У нас появилась Татарка, которая своим «Алтыном» взорвала просто соцсети! Есть Tommy Kash, и есть ребята из Израиля «Orgonite». The Hatters выделяются инструментальностью, цыганщиной, как многие говорят (улыбается).

Чем кроме музыки ты занимаешься?

Юрий: Музыкой! Интернет, театр, татуировки. Я директор тату-студии. Да и все.

Павел: Смотри, у меня друг директор тату-студии (показывает свои татуировки). А еще ВУЗ заканчиваю, я единственный студент в нашей группе. На режиссера учусь.

Режиссера театра или культурно-массовых мероприятий?

Юрий: Эх, кто бы знал!

Павел: Вот именно, за пять лет так и не понял. Театральный заканчиваю, короче.

С офисной работой никто из вас не совмещает?

Юрий: Эм. Вроде нет. Дима, ты же в офисе не работаешь? (обращается к ударнику Дмитрию Вечеринину — прим.ред.) Нет? Ну мало ли (смеется). Все «около творчества» у нас.

Мои знакомые ребята сегодня собирались на концерт, но не послушать «Шляпников», а посмотреть на них. «Музыку, говорят, не воспринимаю, а вот образ Музыченко очень нравится». Ты его как создавал?

Юрий: Не поверишь — музыкой! Поэтому странно, что ребята ее не оценили. С годами образ сам собрался. Отовсюду по кусочкам: ага, это прикольно, это мне импонирует — берем!

Что тебе импонирует?

Юрий: Жизнелюбие. Чтобы было понятно: мой самый любимый фильм - «Жизнь как чудо» Эмира Кустурицы. Это, пожалуй, самый яркий пример того, как нужно верить в мир, в людей. Все равно все будет хорошо. И чудо будет. А без него никак.

Я часто помогаю людям, во что-то «вписываюсь», а меня подставляют и обманывают. Наверное, я должен разозлиться на весь мир и людям больше не помогать. Но зачем? Уж лучше один раз облажаться, потом второй и третий, но на четвертый все будет хорошо. Людей надо любить, тогда с ними будет проще общаться.

А еще люблю улыбчивых. Особенно в зале. Могу сказать со знанием дела, что намного круче, когда публика улыбается. Я раньше играл тяжелую музыку, слушатели все были жутко угрюмыми. Вот это было совсем не весело.

У тебя очень много татуировок, которые никак не связаны между собой. У каждой свой глубокий смысл или своя забавная история?

Юрий: Необязательно забавная, но история (смеется). Первая известность пришла ко мне благодаря интернет-проекту «Забитые». Я делал прикольные рисунки просто так, исходя из ситуации, человека, места. У меня нет ни одной татуировки с важным скрытым смыслом. Это все маленькие истории из жизни.

Ты в свои действия вкладываешь смысл, или все происходит по настроению?

Юрий: Смыслы важны, иначе все бессмысленно. Логично, да? (смеется). Ох, как ты меня запутала! Смысл-то есть во всем, но может быть интеллектуальный посыл, воспитательно-нравоучительный или, например, настроенческий. У нас есть песня «Ветер в голове». Смысла в ней никакого, но слова дополняют музыку, и получается настроение. Легкомысленное такое.

Павел: Скажи просто: есть драматургия образа!

Юрий: Ах, да (смеется). Именно так. Режиссер подсказывает!

Редакция Geometria.ru выражает огромную благодарность концертному агентству "Живой звук" за помощь в проведении интервью.

Текст: Наталия Хомякова
Фото: Женя Хажей
Полный фотоотчёт: http://geometria.ru/events/gigs/2017/3/14/974541

Официальное сообщество "THE HATTERS" в "Вконтакте"
thehatters.ru

Теги: Живой звук, hatters, the hatters, шляпники, little big family, алкотабор

ЖеняХажей 
21 марта