17 ноября 2016 года фильм Павла Лунгина «Дама Пик» вышел в прокат.

Пару слов о сюжете. Оперная примадонна Софья Майер (Ксения Раппопорт) намерена ознаменовать свое возвращение в Россию режиссерским дебютом. Ни много, ни мало –решено поставить «Пиковую даму» Чайковского. Шоу станет легендой, осталось лишь выбрать актеров. Майер проявляет поистине барское великодушие и отдает роль Лизы своей племяннице, по иронии судьбы, также оказавшейся Лизой (Мария Курденевич). Сама же Софья «в силу своего преклонного возраста» сыграет графию. Роль Германа обещана художественному руководителю театра, в котором некогда дебютировала Майер. Есть лишь одна проблема: парень Лизы, Андрей (Иван Янковский), жаждет петь партию Германа. Он одержим идеей убедить оперную диву в том, что он не просто лучше всех подходит на эту роль – он и есть Герман.

Фильм можно описать одним словом – «надрыв». Это состояние пропитывает сюжет, ощущается в характерах героев, а эпизоды сцементированы лейтмотивом трепещущей ноты, балансирующей между восторгом и отчаяньем.

Любите русскую классику? «Дама Пик» придется по вкусу. Правда, от шаблонных интерпретаций придется абстрагироваться и зазвучать в унисон пульса самой драматичной истории. Этот фильм – экранизация пушкинской повести, где главные роли отведены героям Достоевского. Пушкинский Герман не столько бедняк – сколько сын обрусевшего немца. Хоть и маленький, но все же какой-то капитал у него имеется. Душу героя раздирают противоречия: по натуре он игрок, страстный человек, отличающийся пылом, жаждой риска и победы, однако при этом тщеславие и жизненные обстоятельства возбуждают острую «необходимость упрочить свое положение». Он вынужден ограничивать себя: не трогать проценты от капитала и жить одним жалованием. Его девиз: «Расчет, умеренность и трудолюбие: вот мои три верные карты, вот что утроит, усемерит мой капитал и доставит мне покой и независимость!».

Герои Достоевского, напротив, обычно не богаты. Их внутренние терзания, как правило, угнетают и погружают в пучину, не имеющей дна. Вспомним Раскольникова с его маниакальным стремлением «стать человеком», а не «тварью дрожащей». Этот же нерв вибрирует в душе Германа-Андрея. Но самая явная реминисценция, кончено же, на повесть «Игрок». Андрей-Герман, в отличие от пушкинского персонажа, не просто жаждет стать богатым – он стремится произвести впечатление на Прекрасную Даму, Софью Майер. Также, как «игрок» Достоевского, Алексей Иванович, готов на все, дабы угодить своей возлюбленной Полине Александровне. Игра перестает быть игрой, становясь самой жизнью, попыткой переиграть самого Германа, вжиться в эту личность и развить ее в полной мере.

Как человек Андрей-Герман, будем честны, к себе не располагает: озлобленный, одержимый желанием отомстить людям настоящего за грехи людей из прошлого. Типичный андердог, более чем готовый перейти в стан потерянных душ. Яро ненавидит «богачей», винит их в своих неудачах, но при этом готовый на все, чтобы стать одним из них. Между тем, объективно его нельзя причислить к категории малообеспеченных: в качестве ставки в казино он кладет на стол 47 тысяч долларов. Но Андрею чуждо чувство меры, он решает жертвовать необходимым в надежде приобрести излишнее.

Андрей настоящий драматический герой, а потому неоднозначен: его мучит боль от пережитого в детстве, которой нельзя не проникнуться. Его талант, спасение и проклятие – голос. Мимика героя зеркалит внутренний конфликт Андрея-Германа: асимметрия лица, полу-оскал и диковатый взгляд ярко выражают надлом и двойственность, противоречивость характера героя. Он балансирует на грани гениальности (благодаря голосу) и ощущения собственной никчемности (как человека). Перед Андреем тяжелый выбор – позволить своему таланту проявиться в полную мощь и прожить роль Германа значит окончательно разрушить собственную личность.

Душевные метания Андрея-Германа воплощаются и в линии контактов с криминальным миром. У преступников и творческих людей есть общая черта: и те, и другие живут ярко, на пределе возможностей, постоянно выходя за границы привычного и доступного. Бал правят страсть, а не разум. И ставки здесь обескураживающе высоки. И тем, и другим тесно в рамках общепринятых норм, но если творчество развивает душу, подняться выше сковывающих правил и создать нечто новое и прекрасное, то преступление – шаг вниз, когда внутренний мир и личность человека бесконтрольно и жестоко деформируются.

Андрею необходимо решить: где проживать драму – в жизни или на сцене. Творчество способно переплавить боль в искусство, но и здесь есть свои правила. Закон театральных джунглей прост: либо ты подчинишь себе роль, либо роль подчинит тебя. Андрей-Герман одержим судьбой персонажа, он соревнуется со своим же амплуа! Особый трагизм обуславливается тем, что он не осознает: единственный способ победить роль – суметь выйти из нее. Вспомнить, что образ рожден и обусловлен сценарием, отделить ее от своей индивидуальности: отказаться от роли несчастного создания, замученного и приниженного. Выбрать не Германа, а себя.

Иван Янковский сумел воплотить интересный, сложный образ. Одновременно трогает и вызывает неприязнь. Периодически ужасаешься тому, с каким удовольствием он упивается безумием, не замечая, как далеко он уже зашел.

В фильме активно циркулирует любовный треугольник, где творческая, профессиональная и личная сферы жизни героев тесно переплетаются. Если Андрей стремится стать Германом, то Лиза (Мария Курденевич) изначально не слишком горит желанием исполнять партию Лизоветы Ивановны. И все же, ограничившись вялым возражением тетке, соглашается.

Несмотря на номинальную значимость, Лиза до героини откровенно не дотягивает. Не хватает характера, сила духа подкачала, позиция и принципы размыты, веры в себя нет, внешность не впечатляет, действия и поступки даже не в пол, а в четверть силы. Уже грустно, неправда ли? И обстоятельства, другие люди, все время оказываются сильнее Лизы и решают за нее. Негодование и враждебность к тетке чудным образом испаряются после «бриллиантового» подарка, преподнесенного Софьей Майер, то бишь о ясной шкале ценностей говорить не приходится. Когда надо возмутиться, Лиза проглатывает обиду; когда можно радоваться – стесняется. И вот все у Лизы так – вроде бы и положительный персонаж, но какой-то хиленький; вроде и ненавидит, но чувства не хватает … Существо, сотканное из полутонов и компромиссов. У нее и имени-то своего нет – оно то же, что и у ее персонажа. Бедная Лиза.

Преодолеть эту «серость» - главный вызов для Лизы. Она учится этому через свою роль. В эпизоде «конкурентного пения» с теткой Лиза побеждает собственную безликость и перевоплощается в пушкинскую Лизу. В этот момент впервые за весь фильм начинаешь ее уважать. Правда, и в последний: сцена с доставкой кукол в финале фильма снова заставляет сомневаться, обрела ли Лиза свое Я? Или снова скрылась теперь уже за другой маской?

Вот мы и добрались до самой Пиковой дамы, Софьи Майер. Раппопорт чудо как хороша: ее героиня получилась по-настоящему «объемной». Дама Пик, конечно, женщина эффектная: несмотря на некий мистический ореол, не вызывает антипатии, не отталкивает. Возможно, слегка настораживает. В прошлом и она когда-то была безликой Лизой, но стала роковой женщиной – это уже интригует.

Майер – особа эксцентричная, своевольная и капризная, но не злодейка. Есть в ней что-то от Мефистофиля, Воланда, но в женском обличии – некая удача, энергия, поддержка, заряд, в котором так нуждаются и Лиза, и Андрей. Однако эта сила коварна и непредсказуема – может как помочь, так и погубить.

В отношениях с Андреем Майер не хочет быть Пиковой дамой. Она неоднократно отговаривает его от игры и напоминает, что в третий раз Герман проиграл. Безуспешно: нельзя спасти того, кто сам жаждет проиграть.

Эмоциональный накал неминуемо растет. В голосе героини Раппопорт звучит тоска по страсти, по дикой естественной жизни души – о том времени, когда стрелялись на дуэли, бросались в любовь с головой, рисковали жизнью и не стеснялись выть от боли, как русские бабы. Она томиться без этой инстинктивной истинности, «реальность-жвачка» навевает на нее скуку. В то же время, спрятаться за полы развевающего плаща байронического героя – не выход для ее типажа. Ведь жить по литературным сценариям невозможно. Выход один – играть на сцене, раствориться в процессе, пережить несовместимые крайности, а затем вернуться и снова стать собой. Не кануть в прекрасном образе, развивать чувство меры и избегать крайностей в реальности. Балансировать, идти вперед, как канатоходец. Сцена – место для боли и драмы, жизнь – место для себя. Пиковая Дама наставляет Германа: «Посмотри, в каком ты отчаяньи! Иди и пой! Иди на сцену!», но он не слушает ее и продолжает играть в жизни. В результате теряет все – и голос, и самого себя.

Теги: кино, премьера, пушкин, азарт, литература, пресс-показ, кинопремьера, пиковая дама, что смотреть, янковский, экранизация, русская классика, дама пик, иван янковский, раппопорт, ксения раппорт

Полина Горбачева 
21 ноября 2016