Новый совместный проект Geometria и Finlandia «1000 лет неординарности» — это встреча с удивительными и неординарными личностями, которых мы попросили поделиться своим жизненным опытом и взглядом на жизнь.
Наши герои смелые, их жизнь полна сумасшедших идей и приключений, кому, как ни им, рассуждать об искусстве, творчестве и даже эпатаже?
Ну а скрашивают эти рассуждение созданные ими авторские коктейли.

В 2013-м году его называли «подающим большие надежды», в 2014-м он занял 1-е место на Bazaar Fashion Forward и уехал на стажировку в Лондон, в 2015-м представил свою коллекцию в Париже. Чего ожидать от него в 2016-м? Безусловно, ещё больших успехов, ведь наш герой – дизайнер Жан Грицфельдт.

Жан Грицфельдт
Жан Грицфельдт

Geometria: За Жаном Грицфельдтом закрепилось звание концептуального дизайнера, сами вы себя каким видите? С какими направлениями в музыке, литературе себя ассоциируете?

Жан Грицфельдт: Однозначно, я ассоциирую себя с музыкой. К тому же, я ещё и играю, был, например, на вечеринке ко Дню рождению Geometria. Кстати, было очень здорово! (Улыбается.)
Мода всегда тесно работает с искусством, и не стоит вообще их отделять друг от друга. Несмотря на бизнес-составляющую, в моде присутствует момент Творца – и это чистое искусство.

Geometria: На кого вы равняетесь в своей работе? Мне кажется, у вас есть что-то общее с «Антверпенской шестеркой».

Жан Грицфельдт: Я всегда вдохновляюсь Лондоном, его невероятными субкультурами – травести, не травести, домохозяйки с бешенным макияжем. Ещё у меня есть знакомые в House Of Drama в Париже, их перфомансы – симбиоз музыки, театра и моды, именно такие вещи меня вдохновляют.
Всегда мечтал о команде, которая могла бы делать что-то стоящее, не думая о прибыли. Сейчас я столкнулся с проблемой, что таких людей очень немного. У большинства есть внутренние рамки, за которые они не могут выйти.
«Антверпенская шестерка» – это пример, когда люди делали то, что думали и чувствовали. Но это было время, когда такое было возможно. Не зря ведь говорят, что если бы Ван Гог, Гоген или кто-то из великих жил в наше время, он был бы никем не замеченным бомжом.
Уверен, что среди нас очень много гениев, до которых никому нет дела, в то время, как все могут говорить о каком-то выскочке просто-напросто.

Geometria: О чём-то жалеете, глядя на результаты своих трудов?

Жан Грицфельдт: Да, о нехватке времени. Потому что ты зависишь от множества людей, а люди – это не машины, они могут с чем-то опоздать, что-то сделать не так, с ними нужно работать очень аккуратно.

Geometria: «Встречают по одежке»: кого бы вы хотели встречать в Украине, есть ли у нас guilty pleasures, от которых нам стоит немедленно избавиться? Кажется, это уже не леопард. И кто встречается на вашем жизненном пути?

Жан Грицфельдт: Думаю, от леопарда мы не избавимся никогда. Леопард – это круто, просто мы не всегда умеем это подать. Итальянки, например, тоже носят леопард, но это выглядит стильно.
У нас же дело в отсутствии вкуса – и это национальная особенность. Там росли, созерцая перед собой Ла Скала и Лувр, мы же строили коммунизм и светлое будущее.
После того, как снимаешь фартук, ты надеваешь то, что под руку попадается, – от этого не убежать.
Что касается людей на моем жизненном пути, я всё чаще сталкиваюсь с тем, что найти настоящих безумцев очень тяжело. Безумцев, с которыми есть о чем помолчать, и с которыми можно танцевать до упаду.
Вчера встретились с Евой Бушминой, смеялись и танцевали. И я счастлив, что у меня есть пусть немного, парочка, таких безумных людей.

Скорее всего, со временем уеду туда, где будет много близких мне по духу людей, – Париж, Лондон или Америку.

Geometria: Обращаете ли вы внимание на то, как одеты прохожие, случайные знакомые? Для вас важен внешний вид?

Жан Грицфельдт: Да, но только с той точки зрения, что с каким бы человеком я не встретился, у меня всегда есть о чем его спросить, а его одежда – часть того, какой он есть.
Одежда – маркер личности, иногда даже корректор. С её помощью можно сделать себя лучше или, наоборот, спрятать свою сущность.

Geometria: Расскажите о красоте в вашей жизни: что в ней есть такого, от чего дух захватывает?

Жан Грицфельдт: Красота, вдохновение, раньше я их черпал из соцсетей. У меня есть любимые профили всевозможных артистов, на которые я захожу. И, конечно, ещё я вдохновляюсь живым общением.
Кстати, ещё один мой безумец – Сюзанна Абдулла. Если бы нашелся правильный продюсер для неё, она могла быть круче Рианны!
О, также я вдохновляюсь от странных переписок! Их можно издать отдельной книгой, честное слово. В этих переписках есть что-то абсолютно сюрреалистичное, какой-то момент игры, но очень искренней и честной игры.
И, конечно, музыка! Я просто в ней купаюсь. Вода и музыка – это две вещи, в которых можно научиться растворяться.

Geometria: Диджейская деятельность – это полный релакс или, наоборот, заряд энергии? Как и когда вы стали за пульт?

Жан Грицфельдт: Думаю, в этом присутствует какой-то момент лечения. Как только я становлюсь за пульт, сразу забываю, что до этого чувствовал себя уставшим или приболевшим.
Стал диджеем, можно сказать, случайно. У меня был знакомый, который организовывал вечеринку и просто предложил мне на ней сыграть. Я тогда вообще не знал, как это всё работает, но у меня были знакомые на тогдашнем MTV Украина – Артур Яворский – он-то мне всё и показал.
Помню, я тогда думал, что это будет первая и одновременно последняя моя вечеринка, где я играю. Но это стало началом долгой истории, я учусь и занимаюсь до сих пор.
Мечтаю записать парочку собственных треков и снять несколько видео, но для этого нужно много времени и люди, которые помогут. И опять мы возвращаемся к тому месту, где я говорил, что очень мало людей могут позволить себе настоящую свободу. Но я верю, что найду таких.

Geometria: Расскажите о своем актерском опыте. Сейчас вы не играете?

Жан Грицфельдт: Да, раньше я играл в театре импровизации «Чёрный квадрат». Сейчас не играю, потому что считаю себя плохим актером.
Но я все равно использую свои актерские знания и опыт в нынешней деятельности.
Вообще, актерская профессия – очень сложная и жесткая, много чего зависит от фортуны, случая. Много ребят, талантливых ребят, страдают от депрессий из-за невостребованности.
Хотя в дизайнерской среде тоже всё сложно, а соцсети с своими идеальными картинками ещё больше усугубляют положение.

Geometria: Как справляетесь с депрессиями? Мороженое и сериалы или какой-то дикий разгул?

Жан Грицфельдт: Во-первых, у меня нет затяжных страданий. Во-вторых, я борюсь с упадническим настроением самостоятельно, без использования каких-то вспомогательных инструментов.
Просто я знаю, что жизнь прекрасна, даже если в ней случаются определенные трудности. Не стоит воспринимать жизнь как тяжкую ношу, а уж тем более кому-то что-то доказывать. Нужно просто верить в то, что ты делаешь, и делать это честно.

Geometria: Если бы о вас писали книгу, как нужно было её назвать? И о чём стоило бы обязательно рассказать?

Жан Грицфельдт: У меня вообще суперинтересная жизнь. Всё настолько круто, что сложно выделить какие-то отдельные моменты.
Возможно, включил бы свои странные переписки. (Улыбается.)

Geometria: Самый скучный факт о вас.

Жан Грицфельдт: Во мне иногда просыпается ворчливый дедушка – я начинаю кого-то чему-то учить, морализаторствовать. Но я стараюсь это контролировать!

Geometria: Когда вбиваешь в Гугл «Жан Грицфельдт», выскакивают подсказки – возраст, настоящее имя, ориентация. А на что вы первым делом обращаете внимании при общении с человеком? Какие черты характера, деятельности для вас определяющие?

Жан Грицфельдт: Наверное, здесь всё идет от частного к общему. Важно всё, но в первую очередь я обращаю внимание на чувство юмора, которое спасает в самых критических ситуациях, доброту, остроту ума.
У меня есть пара, которая вместе 15 лет (в основном я общаюсь с людьми, которые значительно старше меня: бабушки, музейный работники – это всё моя аудитория), и они говорят: «Нужно жить так, чтобы каждый раз, когда ты приходишь с работы, тебе было о чём поговорить».
И им, спустя 15 лет, есть о чём поговорить. Это счастье. И я мечтаю о таком счастье. Мечтаю о семье, о большом доме, где будут собираться родные и близкие.
Хочу влюбиться в человека с широкой душой. Но нам, творческим личностям, почему-то очень сложно найти «своего» человека. Не знаю, почему. Может, требования завышенные.

Geometria: Прочла у вас в фан-группе такую цитату: «I have no dog, I have no car, I’m not a Superman», – какую собаку и средство передвижения вы бы хотели, и кто, если не Супермен?

Жан Грицфельдт: Белая афганская борзая или доберман. Я такой выхожу в халате на крылечко моего дома, а они носятся по двору…
Белый автомобиль. Неважно, какой марки.
Если не Супермен, то, наверное, Бетмен.

Теги: fashion, дизайнер, жан грицфельдт

Khrystyna Olshanska 
22 февраля 2016