Анастасия Спиридонова – российская певица, автор песен и композитор. Финалистка первого сезона телепроекта «Голос» (2012), победитель музыкального шоу Первого канала «Три аккорда» (2014), обладатель гран-при международного фестиваля-конкурса «Белые ночи Санкт-Петербурга»-2018.
Анастасия Спиридонова, которую называют «русской Тиной Тёрнер», рассказала о призвании, творчестве и профессии артиста. Ну, и конечно, о любви.

Автор: Филипп Гончаров
Автор: Филипп Гончаров

Анастасия, когда вы обнаружили в себе талант?

Не было такого, что я вдруг решила быть звездой. Моя одноклассница, с которой мы пели в КВН, позвала с собой вокальную студию. Нам было по десять лет, студия была бесплатная, все очень доступно. Я прошла прослушивание, а через два месяца отправилась на конкурс. И победила. Пела песню про маму. Многие женщины в зале, мамы, бабушки заплакали – их растрогало мое пение. Впервые я выступала на сцене вот так, и вдруг увидела такой отклик со стороны людей, такие сильные эмоции.

А вы сами эмоциональный человек?

Я очень эмоциональный человек, очень! Часто плачу, но и смеюсь от души: я любя-щий человек. Эмоции у меня сильные: если это грусть, то вселенская печаль, если радость – то прямо хочется горы свернуть! Солнце сияет –все нипочем. Если обида то, скорее всего, навсегда. Если кто-то подвел, могу навсегда вычеркнуть его из сво-ей жизни. Не из мести или злопамятства, а просто само чувство очень сильное. Могу рубить с плеча. Могу поссориться. Рьяно. В сердцах. Но… (улыбается) потом, как правило, если не права, стараюсь все исправить.

Часто плачу. Иногда подхожу к мужу и спрашиваю: «Почему ты меня не жалеешь?», а он говорит: «Ты просто так часто плачешь, что я уже привык». И он прав, потому что я плачу от счастья, когда что-то растрогает, или если грустно.
Мне нравится, что я эмоциональный человек. Потому что так жить интереснее. Мо-жешь ощущать во всей полноте, яркости, подмечать детали. Равнодушные люди многого не замечают, не испытывают такой спектр чувств. Запросто пройдут мимо и не обратят внимания, как рядом бабушка с дедушкой идут, держась за руки. Так что эмоции – это классно! Даже когда грустно – это здорово. Знаете, если мне грустно, я не буду намеренно храбриться, отстраняясь от своих чувств. Я буду грустить. И пе-чаль будет вдохновлять. Потому что ты живешь, ощущаешь изменения, ничего ведь не стоит на месте. Да, грустить мне нравится.

А не мешают эмоции в принятии решений?

Раньше, лет десять назад, я была более импульсивна. Например, предлагают мне новую песню. Я слышу ее, проникаюсь и соглашаюсь, потому что возникают чувства: сердце сжимается в груди! Сейчас все чуть иначе. Теперь я слышу песню и говорю себе: «Нет, Настя, давай подумаем. Возьмут ли эту песню на радио? Как она должна звучать? А смогу ли я преподнести ее правильно?». Теперь уже не хватаешь сразу и поспешно по велению чувств, а рассуждаешь более рационально, это продуктивнее. Или, скажем, выбираешь в магазине платье. И вот – оно! Внутренний голос убеждает: «Да и все равно, что пуговица не застегивается! Куплю! Похудею!». Со временем я стала говорить себе «нет», даже если вещь сильно нравится. Могу убедить себя повременить или вообще не покупать ее. Для жизни результативнее бывает взять пау-зу – так можно избежать лишних трат, глупых ссор, неуместных решений. Это здоро-во, что есть эмоции, но они должны подкрепляться рациональным мышлением.

Автор: Филипп Гончаров
Автор: Филипп Гончаров

В жизни понятно, а в творчестве рациональный подход срабатывает?

Когда ты исполняешь песню – ты живешь, чувствуешь. А вот, если создаешь… Если честно, я редко пишу песни. Вообще, этот процесс – вещь таинственная. Иногда надо написать новую композицию, и вот вроде бы стараешься, но ничего не выходит. Рациональный, взвешенный подход здесь бесполезен, зато под влиянием настоящих живых эмоций, оно созревает внутри как-то само без усилий – идешь, идешь и вдруг в голове все складывается. В самом начале наших отношений с моим мужем Анто-ном, родилась песня «Забери меня с собой». Я написала ее примерно за час. К ней у меня особенное, трепетное отношение – по-прежнему считаю ее самой красивой мо-ей песней. Я вложила туда свое состояние влюбленности, когда все только-только начинается, и нежность переполняет. Песню «Метель» я сочинила прямо за рулем автомобиля, и сразу же начала напевать, со словами, мелодией. Откуда она взялась? Непонятно. Что вдохновило? Непонятно. Но факт (пожимает плечами).

Скажите, когда вы исполняете песню, вы проникаетесь чувствами лирического героя или проживаете свои собственные? Или это синтез?

Если песню написала я, то, конечно, вложила туда личные воспоминания, эмоции, ситуации, которые я представляла, когда создавала текст. Когда автор песни другой человек, а тебе предстоит ее исполнять, то, да, его посыл и то, что у тебя внутри, от-личается. Когда пою, я вспоминаю прожитое, возможно, даже разочарования и чув-ства – но свои собственные, пропускаю через себя. Как раз только что вышла моя новая, очень красивая песня «Зачем», я прониклась ей до глубины души.

Интересно, что на одну и ту же композицию вспоминаются совершенно разные слу-чаи. Например, исполняешь эту песню уже 8-ой раз и думаешь о конкретном случае разлуки. А потом вдруг на сцене происходит некая магия – в голове возникают со-всем другие образы, связанные вовсе не с любовными, а с дружескими расставания-ми, с чувством горечи или тоски по родной душе.

Бывают такие периоды эмоциональной усталости, перезагрузки, когда я ничего не чувствую. И меня это ужасает – могу подойти к супругу и поделиться: «Знаешь, ка-жется, пора мне уходить из профессии». «Почему ?» – спросит он. И я расскажу: «Се-годня я пела очень грустную вещь, а у меня на душе было пусто. Я ничего не чув-ствовала». Для меня это худший кошмар. И еще страшнее, что ощущение жизни не вернется. Но, как правило, возвращается, словно волна. Самое большое счастье – ко-гда исполняешь песню и сам живешь в ней. И только музыка доходит до сердца слу-шателя – если исполнитель не чувствует, то, по законам природы, он не сможет и передать это состояние зрителю. Так мне кажется. Для меня это важно.

То есть такую волну спада нельзя проконтролировать, настроить себя на нее?

Мне кажется, это некая магия – и ее никак не запланируешь и не отменишь. Она приходит и исчезает сама по себе. Говорят, многие артисты, сами того не сознавая, обладают чем-то вроде способности к самогипнозу.

Перед тем, как выйти на сцену, я заблаговременно (номера за три-четыре) иду за ку-лисы и хожу там в одиночестве. Думаю о своей песне, думаю, о чем должна буду рас-сказать сейчас, о чем эта история. Даже если я исполняла ее несчетное количество раз. Это мой метод войти в образ, настроиться, но в сущности, это медитация, само-гипноз. На сцену уже надо выйти в нужном состоянии, а раскачаться и подготовить-ся – до этого. Потому что бывает грустно, на сердце тяжело, а на сцену ты должен выйти веселым, улыбаться. Или наоборот. И с этим приходится считаться.

Сольный концерт в Кремле, 2017 год, автор: Андрей Сафронов
Сольный концерт в Кремле, 2017 год, автор: Андрей Сафронов

Войти в образ? Это больше, как актерское мастерство?

Тут у меня свое мнение (смеется). Я считаю, что занимаюсь актерским мастерством как раз-таки тогда, когда ничего не чувствую. Есть такая актриса – Анна Ардова, она как-то рассказала о двух типах актрис: те, что играют и те, которые чувствуют. Я от-ношу себя, скорее, ко второму виду. Когда живешь, проживаешь по-настоящему, нет нужды играть. А если на душе пусто, и приходится играть, мне становится гадко от себя самой. Ну, например: скорбно прикрыть ладонью глаза, когда грустно. Это же-манно. Фальшиво. И вот это я называют актерским мастерством и, как мне кажется, для профессии артиста такой метод не подходит. Чуть-чуть нечестно по отношению и к себе, и к зрителю.

Почему спросила: знаю, что вы играете Красную королеву в мюзикле «Лабиринты сна». Насколько актерское умение важно там?

Буквально на днях мы обсуждали эту тему с мужем: когда я пою – я чувствую, про-живаю. А попав в проект «Лабиринты сна», наверное, впервые так объемно ощутила, каково это играть на сцене не от своего лица. Как ни крути, каждый актер обладает арсеналом накопленных выразительных средств: знает, как дать пощечину, не каса-ясь щеки, улыбаться или по-настоящему специально заплакать, выразить гнев или придать телу определенную позу. Такие профессиональные актерские фишки. А у меня этого нет – я пытаюсь идти от природы, коллеги говорят, что получается. Но мне непривычно, сложно, странно и безумно интересно! Сейчас я имею возможность искать и нарабатывать свой репертуар выразительных средств. Такой простор для творчества! Сегодня моя Красная королева может быть капризной, завтра веселой, немного едкой, саркастичной, доброй, интригующей. Каждый спектакль особенный, они все разные. Это очень увлекательно! Моя героиня пытается выйти замуж, и всех мужчин вокруг она оценивает. Например, есть такая сцена, где моя королева сидит на троне, а все претенденты подходят к ней по очереди и целуют руку. Они борются за ее сердце, кто-то ей нравится, кто-то не очень. Сегодня я могу посмотреть на них свысока, а завтра могу позаигрывать. Персонаж живет по своим законам. Его настроение не зависит от сценария или сюжета – во взгляде или жесте нет текста. Ничего не говоря, повести себя можно по-разному, внести новую ноту даже на уровне интонации.

А какие есть точки соприкосновения с вашей героиней? Что в ней трогает, зацепило, роднит?

Она, конечно, немножко стервозна. Даже не немножко, если начистоту. И все-таки, какая бы она ни была – она женщина. Это нас сближает. И очень актуально для со-временной эпохи: сегодня женщины занимают мужские профессии, могут быть крутыми спортсменками, руководителями, осваивают новые вершины. Они могут быть, как моя королева, стервозны, резки, чуточку высокомерны. Но все равно каждой женщине, какой бы она крутой ни была, хочется любви и тепла (пожимает плеча-ми). Не будет счастья без второй половинки: ей хочется любить, хочется нравиться и быть любимой, чтобы ей дарили цветы, целовали руки, носили на руках.

Фото со съемок клипа Цунами, автор: Виктор Степанов
Фото со съемок клипа Цунами, автор: Виктор Степанов

Эмоции могут утомлять, а профессия артиста подразумевает, хоть и приятный, но все же стресс, плотный график. Как вы восстанавливаетесь? Что для вас – идеальный отдых?

Для меня самый чудесный отдых – это, конечно, море, теплые края. Там я заряжаюсь надолго. Побыть в тишине, послушать запах свежести, соленой воды, морские нотки, какие-то тропические ароматы, пение птиц, солнце... (умолкает, умиротворенно улыбаясь). В городских условиях – это просто провести целый день дома, ничего не делая, проваляться там при закрытых шторах, нежась в кровати. Я могу проспать весь день, если организм устал и требует такого досуга. Желательно, чтобы кто-то заботился, принося еды, воды, вкусный чай. Очень восстанавливает массаж, арома-ритуалы, я люблю свежие, легкие, цитрусовые ноты, не терпкие, не сладкие. Как за-пах чистого постельного белья, морозного утра – ненавязчивое, под это и мозг хо-рошо отдыхает. Хорошая, позитивная встреча с друзьями. Сделать кому-нибудь по-дарок, какое-нибудь маленькое доброе дело, получить хорошую эмоцию. Простую, человеческую, не связанную с какими-то достижениями. Гулять.
Самое важное – оставаться в контакте с собой, дружить, и тогда, даже если утомился, тело помнит заботу и помогает. Усталость – признак того, что все хорошо – значит, ты движешься, живешь. Ну, и да, если устал – надо отдохнуть. Не стоитдожидаться тревожных знаков от тела, когда оно уже вконец истерзано и вопит о перезарядке, умоляет прекратить гонку.

Я себя, как-то так вышло, берегу. Стараюсь не доводить до дисбаланса. При каждом удобном случае, сплю – в самолете, в гостинице, в любое время суток прямо до саунд-чека. Вообще, тут мы, конечно, с организмом заодно: я могу заснуть в любой момент и 15 минут подремать на парковке, например.

Это же настоящий дар! Завидую таким людям белой завистью! Как вам удается?

Я всегда говорю: «Спасибо Гнесинскому общежитию» (смеется). Если будете на станции метро Полежаевская, пройдите мимо, ради интереса. Вы поймете, что об-щежитие Российской академии музыки имени Гнесиных – это жужжащий улей. В каждой комнате играют разные инструменты со всего мира. Я прожила там пять лет. Когда моя соседка, пианистка Симона, начинала разыгрываться в семь утра, в какой-то момент я просто перестала реагировать и не просыпалась. В нашей комнате фор-тепьяно, за стенкой – саксофон, а на кухне – балалайка. Организм научился абстра-гироваться от внешних раздражителей. И это здорово!

Мой муж – единомышленник, тоже любит вздремнуть днем. На отдыхе обязателен час дневного сна. Неважно, в Европе или теплых краях. Такой «сончас» освежает, просыпаешься другим человеком, сразу много сил появляется, не зря же дети днем спят.

За что вы больше всего любите свою работу?

Когда получаю обратный отклик, я чувствую себя нужной, понимаю, что живу не зря. Речь не о том, чтобы оставить после себя след, а о том, когда знаешь, что твоя работа важна здесь и сейчас, она приносит реальную пользу. На мой взгляд, именно поэтому всякий артист волнуется перед выходом на сцену – самое страшное не найти отклик. Счастье, когда знаешь, что твое творчество нравится людям, помогает им. Кто-то мне пишет «Я поплачу под вашу песню, и мне становится легче». И далеко не всегда это женщины. И я радуюсь, что могу помочь слушателям пережить какие-то жизненные ситуации, возможно, непростые, посмотреть на них по-другому, на них и на самих себя. Ты делаешь то, что нравится, а это, в свою очередь, делает мир лучше. Непередаваемое счастье! Когда встречаешься с поклонниками или выступа-ешь на сцене, и видишь, что люди улыбаются. Мне кажется, если ощущаешь себя на своем месте – в любой профессии – это приносит наибольшее удовлетворение. Ина-че не будет ни вдохновения, ни чувства свободы, полета. Вообще, именно моя работа и моя семья дают мне желание жить. И слава богу, они у меня есть.

Автор% Филипп Гончаров
Автор% Филипп Гончаров

А какой для вас самый лестный комплимент от слушателя?

Отвечу так. Прелесть музыки в том, что слушая ее, каждый думает о своем, не о том, что хотел передать автор. Пишу песню о себе, а другой человек найдет в ней свои краски, воспримет иначе, найдет свой смысл, личный эмоциональный код. Будучи слушателем, я замечаю, что смотрю вглубь себя. Музыка и стихи наводят на воспо-минания, переживания, какие-то образы всплывают в голове... Мелодия помогает человеку улыбнуться или взгрустнуть по-доброму, по-хорошему, позвонить друзь-ям, родителям. Когда я пою, мне хочется помочь людям в их внутреннем исследова-нии. Поэтому лучший комплимент для меня – слезы зрителя или его слова, что его тронуло, у него пробежали мурашки от песни. И я знаю точно, что мурашки могут быть не только от сильного голоса или высокой ноты, но и от того, насколько точно слово попало в сердце. Вот для этого я пою.

А вы сами что испытываете, сталкиваясь с признанием: когда просят автограф, узнают на улице, поют ваши песни?

Это очень приятно. Я никогда не отказываю. Мне не составит труда что-то написать, а человек при этом так рад. Бывает, в торговых центрах люди подходят и спрашивают: «Ох, ничего себе! Это, правда, вы – Анастасия Спиридонова?» И отчего-то этот простой факт, что я – это я, вызывает у них особенный восторг. Все во мне откликается на такое воодушевление. Знаете, думаю в этот момент: какой же все-таки клас-сный бонус у моей работы – я ну ничегошеньки не сделала, а человеку хорошо. И мне от его радости еще приятнее. Добра в мире стало чуточку больше, больше людей улыбаются, радуются.

Можно ли назвать профессию певицы романтической?

Кончено! Иногда, если посмотреть со стороны, можно представить себя героиней какого-то фильма. Много путешествуешь, видишь разные страны, новые города. Постоянно в дороге, всегда скучаешь по тем, кто ждет дома. Смотришь в окно поезда, машины или иллюминатор, мечтаешь о чем-то. Общаешься с интересными людьми, всегда в центре внимания, получаешь много комплиментов. Вроде бы всегда на ви-ду, но есть твой внутренний мир, и о нем никто не знает. Все это как-то киношно, а кино – это романтика. Эпизодично: выступление на сцене Государственного Крем-левского дворца – и ты звезда, очень красивая, в великолепном платье, с ярким ма-кияжем, а после едешь домой уже совсем другая, слушаешь грустную музыку. Мно-гие думают, что если ты артист, то у тебя шикарная, богатая, супер-космически увлекательная, беззаботная жизнь, а все на самом деле не совсем так. Артисты много работают, часто одиноки, потому что не хватает времени на самое важное – семью и друзей… Многое скрыто, и то, что мы видим по телевизору, зачастую имеет мало общего с жизнью.

У вас был опыт работы в музыкальном коллективе Los Devchatos. В чем отли-чие работы в группе и сольно?

Ну, ответственности больше, конечно. Если поешь треть песни, то слов учить надо меньше. Внимание зрителя рассеивается на троих. В группе ответственность и успех, и комплименты, и цветы – все делится на троих. Выступать легче, само шоу красивее смотрится. Многоголосие, которое создает гармонический аккорд… ну, это более богато. У меня очень теплые, веселые воспоминания о работе в группе. Это было здоровски, по-девичьи, что ли. Мы еще выступали со специфической музыкой – госпелами, и я очень рада, что этот период жизни был.
Когда я стала выступать сольно, работы прибавилось. Приходится следить за всем: за мимикой, движением бровей, губ, за позой – не сутулиться, чтобы ноги стояли ровно, чтобы руки двигались. Ошибки и недочеты сразу же бросаются в глаза. Соло интереснее в плане самовыражения – тут только твоя личность, только твой харак-тер, эмоции, движения.

С каким чувством встречаете это лето?

Если честно, у меня внутри предвкушение какого-то большего раскрытия. Я пред-чувствую, что грядут перемены, но пока не знаю, как именно это произойдет. Есть ощущение перехода на другой уровень. И я очень этому рада.

Беседовала Полина Горбачева

Теги: эмоции, музыка, творчество, певица, анастасия спиридонова, лабиринты сна

Полина Горбачева 
10 июня