Geometria
Интервью: Хендрик Керстенс
11.11.2013
Выставка работ современного фотографа
Хендрика Керстенса (Hendrik Kerstens) – это серия женских портретов, очень напоминающих картины голландских портретистов 17 века: Яна Вермеера, Рембрандта, Франса Халса. Модель фотографа, которая мастерски перевоплощается в красавиц былых времен, имитируя их спокойное и невозмутимое выражение лица – дочь Хендрика Керстенса, молодая Паула.
Добрый день, спасибо, что согласились на
интервью. В детстве вы наверняка мечтали стать кем угодно, но только не фотографом. Осуществилась ли эта мечта?
Определенной мечты никогда не было, но
во мне всегда был какой-то огонь, и я был убеждён, что это обязательно к чему-нибудь приведёт. Всегда вдохновляла художественная сторона привычных вещей, было желание обдумывать их и переносить в другой контекст.
"There was not a special dream to be somebody, but there was a kind of
fire in me and I was convinced that there is something going on."
Почему привлекла именно фотография?
Поначалу казалось, что фотография это предельно
понятная дисциплина: ты берёшь камеру, делаешь снимок и сразу видишь очевидный результат. Поэтому я выбрал её как самый простой способ самовыражения, хотя со временем понял, каких колоссальных усилий и терпения требует фотография как вид искусства. И всё равно мне это очень нравится.
А сохранились ли ваши первые работы?
О, это были фотографии первой любви. Мне
тогда было 20 лет, и, к сожалению, потом я не имел возможности их увидеть. Но сейчас мне было бы очень интересно самому посмотреть на это.
Как родилась идея серии «Паула»?
Вначале я делал фото так же, как делали
все, и занимался продажей вин. Но для меня в этом занятии не хватало творчества, поэтому я решил что-то менять в своей жизни, снова взялся за камеру и сделал первый снимок своей дочери Паулы. Она сидела в ванной, и получился мимолётный кадр. Только я не хотел снимать на скорую руку, всегда привлекал фундаментальный подход, так что я начал продумывать, как реализовать свои идеи. Это положило начало своеобразному семейному альбому, запечатлевшему основные моменты взросления моей дочери.
Как ваша дочь поначалу отнеслась к такой
идее и как относится к этому сейчас?
Был случай, когда я сделал очередной снимок
и распечатал его на большом формате. Паула была тогда совсем маленькой, и когда его увидела, то испугалась и убежала. Для ребёнка, никогда не видевшего такие фотографии, это оказалось потрясением. Сейчас я понимаю, что даже взрослому человеку тяжело принять себя таким, каким его видят остальные, посмотреть на себя со стороны в другом контексте. Но со временем она привыкла, и теперь Паула - часть проекта, а проект - часть Паулы. Она прекрасно понимает самую суть того, что мы делаем, и гордится результатом.
"Now I understand that it is not easy to accept yourself in a kind everybody
see you."
Бывает ли, что её узнают на улицах?
Иногда такое случается, но скорее в узких
кругах: на выставках или в музеях. Однажды к нам подошёл один коллекционер со словами: “Я знаю вас и вашу семью, потому что вы висите на моей стене”.
“I know you and your family because you’re on my wall”
Как проходят подготовки к съёмкам? Вы помогаете
Пауле приблизиться к амплуа, в котором её представляете?
Даже не появляется необходимости специально
настраивать её. Секрет в том, что мы просто счастливая семья, такая же, как и все другие, со своими раодстями и проблемами. И наше совместное творчество стало образом жизни. Иногда у меня появляется идея. Иногда у Паулы, тогда мы идём и воплощаем её. А соответствующая атмосфера создаётся сама собой.
Этот проект принёс вам известность и премию
Тейлора Вессинга в области фотопортрета в 2008 году. Что это изменило, дало новые возможности или может быть, наоборот, трудности?
Когда ты приходишь к успеху, то понимаешь:
это ещё далеко не всё. Конечно он накладывает определенные обязательства. Но с другой стороны, я не допускаю давления на мой художественный взгляд, потому что одно из самых важных правил – хранить то, что дорого, в себе. Для меня это нечто очень личное. Оно относится к самому художнику и не относится к процессу, поэтому никто извне не должен на это влиять. А в успехе важно только то, как ты хочешь им пользоваться. Иногда он работает на тебя, внимание – это приятно. Но намного важнее чтобы люди любили своё дело, создавали нечто своё, что они видят и чувствуют, ведь именно так ты самовыражаешься. А затем дело остаётся за публикой, и если твоё произведение находит у них отклик, то и заслуживает успех.
"I don’t let the pressure come from outside. It’s inside of the artist
and outside of the whole process. Success is just what you like to do with it. It’s more important that people love to work and make their own, what they see, what they think, cause it’s the way you give it away."
В своих работах Вы используете обычные
бытовые предметы: пакеты, салфетки, полотенца. Это дань постмодернизму, или для Вас это имеет особое значение?
Да, многие говорят, что мои работы очень
схожи с живописью голландских мастеров, и я понимаю почему. Копировать их никогда не было моим стремлением, хотя такие традиции портрета видимо у меня в крови. Но всё же я живу в другое время и вдохновляюсь современностью, поэтому намеренно привношу в работы вещи, нас окружающие. Меня волнуют проблемы человечества, чрезмерное производство. Когда говорят о глобальном потеплении, то я думаю о пластиковых пакетах, которыми мы пользуемся каждый день и потом просто выбрасываем. Но даже совершенно простой предмет может преобразиться в другом контексте и таким образом получить новую жизнь. Это своего рода игра в трансформации. Мне нравится, что в итоге это выглядит как прошлое и напоминает, что мы можем работать с ним, мы можем жить в прошлом, можем жить в будущем, можем жить с людьми, с которыми больше не общаемся. Выбор за тобой.
"You can live in the past, you can leave in the future, you can live with
people that speak no more with you, and it’s up to you."
Раз уж речь зашла о живописи. Как вам кажется,
в чем отличие контакта межу моделью и живописцем от контакта между моделью и фотографом?
Честно говоря не думаю, что есть разница.
Разве что человеку непросто сидеть перед фотокамерой: как только она появляется в руках, появляется и смущение. Но то же самое может быть и в ситуации с художником. Это задача фотографа: дать модели почувствовать себя комфортно, заставить её поверить в то, что вы делаете, вовлечь в молчаливый диалог. Поэтому раскрепощённость - вопрос доверия и понимания.
"It’s a duty of an artist to make a model believe in what you’re doing,
involve in a silent conversation."
Существует мнение, что зритель всё ещё
воспринимает живопись как воплощение фантазии автора, а фотоизображение – как достоверное отражение реальности. Поддерживаете ли вы его?
Если говорить о фотографии или живописи
или даже скульптуре, то я считаю, что это всё части одного целого. Единственное различие – в технике, и это далеко не самый важный аспект. С появлением цифровых возможностей редактирования фотографий вроде Фотошопа стало возможным создавать аллегории, любые вымышленные образы. Больше нет рамок. Это и увлекательно в нашем времени: когда-то ты мог быть либо художником, либо фотографом, но границы исчезли, и очень просто сделать шаг вправо или, может быть, влево. Ты привносишь душу в свои произведения, ты можешь написать песню или сочинить музыку, так что как по мне, так нет отдельных дисциплин. Думаю более важно выбрать в этой сфере то, что наиболее подходит твоему характеру и личным качествам. И если тебе нравится работать в быстром темпе, то фотография подходит (хотя я иногда и посвящаю одной работе 2-3 месяца). А живопись - это другой образ мышления, когда сидишь над полотнами целыми ночами, в этом тожеесть своя романтика.
"The boarders are gone and you see that it is very easy to go to the right
or maybe to the left."
Как фотография на ваш взгляд изменила мир?
Чрезвычайно! В конце конов это единственный
способ увидеть себя с закрытыми глазами. С появлением фотоискусства многое стало возможным. Например рабочие в Лондоне смогли увидеть египетские пирамиды. А сегодня все вокруг используют instagram, используют эту возможность открыть себя миру. И эта заслуга принадлежит фотографии. Самое прекрасное в том, что она сближает людей
"It’s the only way you can see yourself with your eyes closed."
И напоследок: что бы Вы посоветовали делающим
свои первые шаги в фотографии?
Как и что бы вы ни снимали, важно не только
оставаться собой, но и быть готовым открыться обществу. Сделать это непросто. Ты показываешь себя, и в этом самая сложность. Можешь снимать и для личных целей, но если хочешь превратить это в искусство, то помни: будь готов раскрыться и принять реакцию в ответ. И дальше воплощай то, что у тебя голове.
"You show yourself and that’s the hardest part"
дополнительную информацию вы можете найти
на www.perspectiva-art.com [ www.perspectiva-art.com ]
Беседовала Катя Харченко.
Фотографировал Петр Захаров.
Хендрика Керстенса (Hendrik Kerstens) – это серия женских портретов, очень напоминающих картины голландских портретистов 17 века: Яна Вермеера, Рембрандта, Франса Халса. Модель фотографа, которая мастерски перевоплощается в красавиц былых времен, имитируя их спокойное и невозмутимое выражение лица – дочь Хендрика Керстенса, молодая Паула.
Добрый день, спасибо, что согласились на
интервью. В детстве вы наверняка мечтали стать кем угодно, но только не фотографом. Осуществилась ли эта мечта?
Определенной мечты никогда не было, но
во мне всегда был какой-то огонь, и я был убеждён, что это обязательно к чему-нибудь приведёт. Всегда вдохновляла художественная сторона привычных вещей, было желание обдумывать их и переносить в другой контекст.
"There was not a special dream to be somebody, but there was a kind of
fire in me and I was convinced that there is something going on."
Почему привлекла именно фотография?
Поначалу казалось, что фотография это предельно
понятная дисциплина: ты берёшь камеру, делаешь снимок и сразу видишь очевидный результат. Поэтому я выбрал её как самый простой способ самовыражения, хотя со временем понял, каких колоссальных усилий и терпения требует фотография как вид искусства. И всё равно мне это очень нравится.
А сохранились ли ваши первые работы?
О, это были фотографии первой любви. Мне
тогда было 20 лет, и, к сожалению, потом я не имел возможности их увидеть. Но сейчас мне было бы очень интересно самому посмотреть на это.
Как родилась идея серии «Паула»?
Вначале я делал фото так же, как делали
все, и занимался продажей вин. Но для меня в этом занятии не хватало творчества, поэтому я решил что-то менять в своей жизни, снова взялся за камеру и сделал первый снимок своей дочери Паулы. Она сидела в ванной, и получился мимолётный кадр. Только я не хотел снимать на скорую руку, всегда привлекал фундаментальный подход, так что я начал продумывать, как реализовать свои идеи. Это положило начало своеобразному семейному альбому, запечатлевшему основные моменты взросления моей дочери.
Как ваша дочь поначалу отнеслась к такой
идее и как относится к этому сейчас?
Был случай, когда я сделал очередной снимок
и распечатал его на большом формате. Паула была тогда совсем маленькой, и когда его увидела, то испугалась и убежала. Для ребёнка, никогда не видевшего такие фотографии, это оказалось потрясением. Сейчас я понимаю, что даже взрослому человеку тяжело принять себя таким, каким его видят остальные, посмотреть на себя со стороны в другом контексте. Но со временем она привыкла, и теперь Паула - часть проекта, а проект - часть Паулы. Она прекрасно понимает самую суть того, что мы делаем, и гордится результатом.
"Now I understand that it is not easy to accept yourself in a kind everybody
see you."
Бывает ли, что её узнают на улицах?
Иногда такое случается, но скорее в узких
кругах: на выставках или в музеях. Однажды к нам подошёл один коллекционер со словами: “Я знаю вас и вашу семью, потому что вы висите на моей стене”.
“I know you and your family because you’re on my wall”
Как проходят подготовки к съёмкам? Вы помогаете
Пауле приблизиться к амплуа, в котором её представляете?
Даже не появляется необходимости специально
настраивать её. Секрет в том, что мы просто счастливая семья, такая же, как и все другие, со своими раодстями и проблемами. И наше совместное творчество стало образом жизни. Иногда у меня появляется идея. Иногда у Паулы, тогда мы идём и воплощаем её. А соответствующая атмосфера создаётся сама собой.
Этот проект принёс вам известность и премию
Тейлора Вессинга в области фотопортрета в 2008 году. Что это изменило, дало новые возможности или может быть, наоборот, трудности?
Когда ты приходишь к успеху, то понимаешь:
это ещё далеко не всё. Конечно он накладывает определенные обязательства. Но с другой стороны, я не допускаю давления на мой художественный взгляд, потому что одно из самых важных правил – хранить то, что дорого, в себе. Для меня это нечто очень личное. Оно относится к самому художнику и не относится к процессу, поэтому никто извне не должен на это влиять. А в успехе важно только то, как ты хочешь им пользоваться. Иногда он работает на тебя, внимание – это приятно. Но намного важнее чтобы люди любили своё дело, создавали нечто своё, что они видят и чувствуют, ведь именно так ты самовыражаешься. А затем дело остаётся за публикой, и если твоё произведение находит у них отклик, то и заслуживает успех.
"I don’t let the pressure come from outside. It’s inside of the artist
and outside of the whole process. Success is just what you like to do with it. It’s more important that people love to work and make their own, what they see, what they think, cause it’s the way you give it away."
В своих работах Вы используете обычные
бытовые предметы: пакеты, салфетки, полотенца. Это дань постмодернизму, или для Вас это имеет особое значение?
Да, многие говорят, что мои работы очень
схожи с живописью голландских мастеров, и я понимаю почему. Копировать их никогда не было моим стремлением, хотя такие традиции портрета видимо у меня в крови. Но всё же я живу в другое время и вдохновляюсь современностью, поэтому намеренно привношу в работы вещи, нас окружающие. Меня волнуют проблемы человечества, чрезмерное производство. Когда говорят о глобальном потеплении, то я думаю о пластиковых пакетах, которыми мы пользуемся каждый день и потом просто выбрасываем. Но даже совершенно простой предмет может преобразиться в другом контексте и таким образом получить новую жизнь. Это своего рода игра в трансформации. Мне нравится, что в итоге это выглядит как прошлое и напоминает, что мы можем работать с ним, мы можем жить в прошлом, можем жить в будущем, можем жить с людьми, с которыми больше не общаемся. Выбор за тобой.
"You can live in the past, you can leave in the future, you can live with
people that speak no more with you, and it’s up to you."
Раз уж речь зашла о живописи. Как вам кажется,
в чем отличие контакта межу моделью и живописцем от контакта между моделью и фотографом?
Честно говоря не думаю, что есть разница.
Разве что человеку непросто сидеть перед фотокамерой: как только она появляется в руках, появляется и смущение. Но то же самое может быть и в ситуации с художником. Это задача фотографа: дать модели почувствовать себя комфортно, заставить её поверить в то, что вы делаете, вовлечь в молчаливый диалог. Поэтому раскрепощённость - вопрос доверия и понимания.
"It’s a duty of an artist to make a model believe in what you’re doing,
involve in a silent conversation."
Существует мнение, что зритель всё ещё
воспринимает живопись как воплощение фантазии автора, а фотоизображение – как достоверное отражение реальности. Поддерживаете ли вы его?
Если говорить о фотографии или живописи
или даже скульптуре, то я считаю, что это всё части одного целого. Единственное различие – в технике, и это далеко не самый важный аспект. С появлением цифровых возможностей редактирования фотографий вроде Фотошопа стало возможным создавать аллегории, любые вымышленные образы. Больше нет рамок. Это и увлекательно в нашем времени: когда-то ты мог быть либо художником, либо фотографом, но границы исчезли, и очень просто сделать шаг вправо или, может быть, влево. Ты привносишь душу в свои произведения, ты можешь написать песню или сочинить музыку, так что как по мне, так нет отдельных дисциплин. Думаю более важно выбрать в этой сфере то, что наиболее подходит твоему характеру и личным качествам. И если тебе нравится работать в быстром темпе, то фотография подходит (хотя я иногда и посвящаю одной работе 2-3 месяца). А живопись - это другой образ мышления, когда сидишь над полотнами целыми ночами, в этом тожеесть своя романтика.
"The boarders are gone and you see that it is very easy to go to the right
or maybe to the left."
Как фотография на ваш взгляд изменила мир?
Чрезвычайно! В конце конов это единственный
способ увидеть себя с закрытыми глазами. С появлением фотоискусства многое стало возможным. Например рабочие в Лондоне смогли увидеть египетские пирамиды. А сегодня все вокруг используют instagram, используют эту возможность открыть себя миру. И эта заслуга принадлежит фотографии. Самое прекрасное в том, что она сближает людей
"It’s the only way you can see yourself with your eyes closed."
И напоследок: что бы Вы посоветовали делающим
свои первые шаги в фотографии?
Как и что бы вы ни снимали, важно не только
оставаться собой, но и быть готовым открыться обществу. Сделать это непросто. Ты показываешь себя, и в этом самая сложность. Можешь снимать и для личных целей, но если хочешь превратить это в искусство, то помни: будь готов раскрыться и принять реакцию в ответ. И дальше воплощай то, что у тебя голове.
"You show yourself and that’s the hardest part"
дополнительную информацию вы можете найти
на www.perspectiva-art.com [ www.perspectiva-art.com ]
Беседовала Катя Харченко.
Фотографировал Петр Захаров.
0
Комментарии