Интервью: Tesla Boy

«Лучшее, что пришло на Запад из России со
времен водки», самая успешная на Западе российская инди-группа и, по версии Look at me, дважды лучшая группа России, постоянные гости обложек глянцевых изданий – конечно, все это о Tesla Boy! Корреспондент Geometria.ru встретился с этими замечательными ребятами и поговорил о предстоящем туре, событиях на Украине и, разумеется, о хипстерах.


Ребята, что у вас нового?

Антон: Мы после отпусков медленно пытаемся
войти в рабочий график, уже отыграли несколько концертов, сейчас готовимся к новому туру. Спим, едим, кофе пьем.

Где будет проходить тур?

Антон: В России и частично в Украине – надеемся,
к этому моменту там все нормализуется. Казань, Уфа, Минск, Санкт-Петербург, Харьков – здесь будут ближайшие концерты.

Ваша группа – этакий флагман русской музыки
за границей. Добиться мирового признания – это был стратегический план или так получилось?

Антон: Само понятие признания – весьма
относительное. Для кого-то наше признание на Западе вовсе не выглядит таким. Мы все же не собираем Уэмбли. Что касается вопроса – у нас не было такого плана. Музыкальную деятельность, как мне кажется, нельзя планировать, как рекламную кампанию. Сложно понять, станет музыка популярной или нет, как люди будут реагировать на выход нового продукта. Хотя, конечно, нас интересует Запад.


Многие артисты в течение Олимпийских недель
ездили с концертами в Сочи. Как насчет вас?

Антон: Нет, мы там не были. Хотя, одну нашу
песню чуть не взяли в олимпийский ролик – но мы поем на английском, это стало камнем преткновения. На самом деле, когда я увидел ролик, порадовался, – это было чудовищно. Мы стараемся следить за тем, с кем и что мы делаем. От многих возможностей популяризировать себя отказываемся. Это не снобизм, просто мы хотим находиться в окружении того, что нам нравится.

Вы ведь блюдете свой стиль не только в музыке?

Антон: Мы стараемся выглядеть на сцене
органично с тем, что мы делаем. Но не чрезмерно заморачиваемся насчет своего внешнего вида.


В качестве мерча вы выпускаете футболки.
А что еще?

Антон: Это очень успешный бизнес (смеются).
Еще запустили линейку свитшотов.

Не хотите углубиться в дизайнерский бизнес?

Леонид: Не хотим, но нас затягивает (смеются).

Дизайн сами разрабатываете?

Антон: Внешний вид футболок разрабатывали
наши дружественные дизайнеры. А дизайн свитшотов, могу похвастаться, разрабатывал я со своим коллегой Леонидом. Это что-то невероятное: представьте, черный свитшот – и на груди логотип Tesla boy беленький (смеется)!

То есть, вас обоих можно будет скоро увидеть
на Mersedes Fashion week?

Антон: Только у нас будут отдельные показы!


Почему ваш лейбл называется Gorby?

Антон: У этого названия тяжелая судьба.
Изначально лейбл назывался Gorby Reagan Records. Gorby – сокращение от Горбачев, так его называли на Западе. Это была коллаборация с американским менеджментом. Мы перестали с ними работать и приставка Reagan отвалилась.
Мы с самого начала хотели, чтобы название
было некой общей, международной темой, чтобы оно что-то позитивное значило. Горбачева на Западе знают. Нашей аудитории, по крайней мере, это название нравится.

А разве есть люди, которых оно смущает?

Антон: Сейчас вообще не самое хорошее время
для таких понятий, как сострадание, понимание, принятие чужой точки зрения. Наверное, это связано с активным движением границ – политических, культурных. Да, многие воспринимают название нашего лейбла слишком всерьез, видя в этом чуть ли не политическое мировоззрение.


Одна из главных тем сейчас, помимо Олимпиады,
– события на Украине. Хотелось бы узнать, что вы об этом думаете?

Антон: Мы переживаем, потому что в Киеве
у нас много друзей. Все эти чудовищные события происходят на знакомых, любимых улицах… Все перемешалось – непонятно, кто и за что воюет. Мирные намерения людей высказаться за интеграцию в Европу вылились в протесты против власти. История набирает радикальные и даже ультраправые, националистические обороты – и меня это пугает. И, конечно, ужасно жалко погибших людей – самое обидное, что, возможно, погибших зря. Безусловно, эта ситуация повлияет на дальнейшую судьбу Украины, но насколько? Политика настолько циничная и грязная вещь… В любом случае, я уважаю позицию этих людей, я бы вряд ли так смог.


Раздражает ли, когда вас называют главной
хипстерской группой?

Леонид: Меня нет.

Михаил: Уже перестали называть, вроде, нет?

Антон: Я отношусь к понятию «хипстер» спокойно.

Станислав: Я читал словарное определение.
Это городская молодежь из хороших семей, увлекающаяся модной музыкой. В то время, когда появилось понятие, это был джаз.

Антон: Отличительная черта хипстеров –
хипстеры никогда не признаются, что они хипстеры.

Леонид: Как масоны.

Антон: У меня есть одна подруга, режиссер-клипмейкер.
Она как-то сказала: «Ты знаешь, Антон, я не любила вашу группу, но перестала быть хипстером – и теперь люблю». В общем, люди, стебущие хипстеров – сами хипстеры.

Ваша известность ведь в Питере зародилась?

Антон: В Питере очень крутая публика. Я
не могу понять, с чем это связано. И если бы не погода чудовищная питерская, я бы там жил.

Леонид: А я полюбил Москву, хотя сам из Ростова,
и мне нравятся южные города. Уезжая отсюда, я скучаю – и по Москве, и по ребятам.

Вы часто слышите рингтоны со своими мелодиями?
Я, например, часто узнаю ваши песни, когда у кого-то звонит телефон…

Антон: Нет, я уже и забыл, когда слышал такое
в последний раз. Ты меня порадовала сейчас.

Леонид: Я, когда слышу «наш» рингтон, вспоминаю,
как мы над этой песней работали. Ощущения приятные.

Отдельная благодарность Tatler Club [ http://novikovgroup.ru/restaurants/tatler-club/ ]
за помощь в проведении интервью.